Латынина утверждает, что люди, предъявляющие претензии к правосудию по данному делу, «сошли с ума» и примешивают «борьбу за свободу» к «борьбе за доказательства невиновности осуждённого убийцы». Статья эта появилась в «The Moscow Times» – издающейся в России англоязычной газете,  которая бесплатно раздаётся в популярных у туристов местах. Таким образом, основная её аудитория – люди, очень поверхностно знакомые с ситуацией в Беларуси, для которых публикация Латыниной может стать первым источником, откуда они узнают о деле Коновалова и Ковалёва.

Я, автор этой статьи, нахожусь в очень неловком положении. Непрофессионализм, который Юлия Латынина продемонстрировала в своей публикации, поражает, и объяснить его можно либо крайне поверхностным знакомством с предметом, либо её намеренным желанием ввести читателей в заблуждение. Я не ставлю своей задачей разобраться в причинах, которые заставили Юлию Латынину написать этот текст – будь то поверхностность или намеренная предвзятость, но статья эта однозначно ставит под сомнение её репутацию как журналистки. Да и просто человеческую репутацию.

Единственное, что заставляет меня отреагировать на данную публикацию – это огромный авторитет Юлии Латыниной. Всё написанное ей автоматически приобретает вес «авторитетного мнения», даже если это сущий вздор, а значит, должно подвергаться публичной критике.

Любому небезразличному к политике белорусу, только взглянувшему на публикацию Юлии Леонидовны, в глаза сразу бросится тот факт, что автор, несмотря на свою явную нелюбовь к белорусскому режиму, ведёт себя в точности так же, как её соотечественники, которые души не чают в Лукашенко. В своей статье она, следуя примеру рьяных российских защитников «батьки», решает указать на ошибки «братьев-белорусов». Своим зорким  взглядом из далёкой Москвы Юлия Леонидовна оценивает ситуацию в Беларуси и выносит свой вердикт: «Люди сошли с ума!» Что ж, давайте и мы попытаемся разобраться в том, насколько адекватны действия Юлии Леонидовны.  

Начнём с того, что Латыниной, по всей видимости, неизвестно, что по делу о теракте в метро проходило двое обвиняемых. И если одному из них действительно инкриминировалась организация взрыва, то второму – лишь недонесение (впоследствии его осудили за пособничество – без каких-либо веских оснований). Вероятно, разбираться в таких деталях звезде российской журналистики не к лицу, и потому она в своей публикации упоминает лишь Коновалова – о Ковалёве (а именно его расстрел и вызвал столь бурную реакцию) в статье не сказано ни слова.

Уже на одном этом можно было бы поставить точку. Но количество несуразицы в её публикации столь велико, что мы вынуждены продолжить. Так, Латынина отмечает, что взрыв «разъярил Лукашенко» (откуда ей об этом известно, остаётся только догадываться), и что белорусские спецслужбы «ответили в свойственной тоталитарному государству манере» – это, по её мнению, и позволило им найти преступников. Юлия Леонидовна, пытаясь доказать искренность властей, описывает ряд предпринятых с 2008 года мер для поиска «белорусских террористов». «Кто-нибудь считает, – задаёт она риторический вопрос, – что кровавый белорусский режим потратил три года и сотни тысяч часов, чтобы найти владельца отпечатков пальцев, которые власти нанесли на пакет от сока сами?»

Юлия Латынина явно забывает ею же описанный способ, с помощью которого Коновалов избежал дактилоскопии. «Он заболел … а когда его призвали в армию, сказал, что отпечатки пальцев уже сдавал», – рассказывает она. Будем откровенны: это – далеко не самая хитрая махинация, и даже школьники способны пойти на куда более ловкие ухищрения, когда желают избежать наказания за пропущенный урок. Оказывается, восхваляемую Латыниной «безупречно работающую машину тоталитарного государства», направившего все силы на поиск преступников, может в два счёта объегорить простой парень из провинции. Быть может, как и слишком многое в нашей стране, расследование велось «для галочки»? Юлия Леонидовна, плохо знакомая с ситуацией в Беларуси, явно не знает, что ради «показухи» наша власть готова пойти и на куда большие издержки.

Ещё раз Латынина демонстрирует свои поверхностные познания в деле, когда заявляет, что Лукашенко не пытался обвинить во взрыве в метро ни оппозицию, ни «Вашингтон», тогда как на самом деле это и было первым предположением президента, озвученным вечером 11 апреля. Немногим позже мы горько смеялись над тем, с каким трудом Коновалов мямлил казенную формулировку «для дестабилизации обстановки в Республике Беларусь», и как прокурор выбил из него страшное признание – подсудимому «не нравилась проводимая Лукашенко политика», и что на президентских выборах 2006 года он, страшно подумать, голосовал за Милинкевича.

Завершает свою статью Юлия Латынина опровержением всего, что она пыталась в ней доказать. «Вынесенный вердикт, – пишет она, – показал со всей очевидностью, что маньяк взрывал бомбы смеха ради».

Может ли получать столь странное удовольствие психически здоровый человек – должны судить специалисты, но вот в том, что такая мотивировка не может проходить по статье «терроризм» способен убедиться каждый, заглянувший в Уголовный кодекс Республики Беларусь. Согласно белорусскому законодательству, терроризмом является «совершение взрыва, поджога или иных действий … в целях дестабилизации общественного порядка, либо устрашения населения, либо оказания воздействия на принятие решений государственными органами, либо воспрепятствования политической или иной общественной деятельности». Наличие конкретной цели, задачи, идеологии – именно это отличает терроризм от особо злостного хулиганства. Впрочем, было бы удивительно, если бы Юлия Леонидовна, допустив в своей публикации столько грубых ошибок, вдруг решила разобраться, по какой статье всё-таки судили главных героев её обличения. 

Оставим на совести Юлии Латыниной то, что она не упоминает высказывания Лукашенко, сделанные ещё до начала суда и равносильные уже вынесенному приговору; умалчивает о том, какие именно доказательства виновности подсудимых вызвали сомнения у общества; а также упускает из внимания специфику «независимых» белорусских судов. После того, как она «забывает» о Ковалёве – главной причине возмутившего её «безумия» – такие мелкие погрешности кажутся несущественными.

Высказывания Латыниной можно было бы не принимать во внимание, если бы её позицию не разделяли многие другие. Пожалуй, дело Коновалова и Ковалёва стало настоящей лакмусовой бумажкой, проверившей людей не только на гражданственность, но и на человечность. Многие из тех, кого некоторые презрительно называют «застабилами», проявили понимание важности человеческой жизни, тогда как иные «демократы» упивались кровью, демонстрируя жестокость под маской объективности. Ни убитых взрывом в метро, ни казнённых белорусским правосудием нам уже не вернуть, но уж по крайней мере мы можем извлечь из случившегося некоторые уроки.

Сходства и различия между людьми, как оказалось, лежат куда глубже политических взглядов, положения в обществе и принадлежности к определённым социальным классам. Выяснилось, что для нас по-прежнему актуальны такие понятия, как сострадание и умение прощать (ведь даже многие из уверенных в виновности подсудимых не жаждали их убийства). Актуальными оказались и понятия подлости и бессердечия, которые могут встречаться и среди поборников свободы и демократии. Я далёк от мысли, что смерть Коновалова и Ковалёва может стать жертвой, взамен на которую мы получим новое, более сознательное и ответственное общество. Но отказаться от всего лишнего и понять, что действительно важно, нам эта казнь позволила. Маски на время оказались сброшенными, и все мы увидели, что под ними скрывалось. Более наглядный урок трудно себе представить.

P.S. В прошлом году «Новая Газета» опубликовала статью Юлии Латыниной, наделавшую много шума. Статья называлась «Европа, ты офигела!». В ней российская журналистка обрушилась на понятия терпимости, социальной справедливости, всеобщем избирательном праве, демократии и другие «европейские ценности», поскольку они, по мнению Юлии Леонидовны, подорвали европейское могущество. Думается, белорусская власть, несмотря на разницу позиций по многим другим вопросам, могла бы подписаться под большей частью сказанного Латыниной. Ведь ей тоже кажется, что могущество несовместимо с гуманизмом и гражданскими свободами.

Поделиться ссылкой: