Дуэль

4

По примеру Александра Федуты, наградившего  пинком Виталия Рымашевского, виртуальными пинками обменялись Ирина Халип и Никита Лиховид. Оживился политизированный белорусский интернет, загудел, ринулся выяснять, кто прав, кто виноват. Так увлеклись, что и не вспомнили про памятную дату в белорусской истории. Незамеченным прошло вчера 174-летие со дня рождения Кастуся Калиновского. Издателя первой нелегальной революционной газеты на белорусском языке, предводителя «красных литвинов», казнённого царскими властями за организацию национально-освободительного восстания.   

Отдав дань славному земляку, я тоже выскажусь не о далёкой истории, в эти дни как-то особенно далёкой, а о том, что происходит сегодня. О конфликте между Никитой Лиховидом и Ириной Халип, вынесенным на публику. Который за отсутствием других горячих новостей вызвал широкий резонанс.

Досье конфликта для тех, кто не в курсе: Лиховид с юношеским максимализмом неосторожно прокомментировал новость о написании Андреем Санниковым прошения о помиловании, в ответ Халип назвала его «сопляком»,  «унылым говном» и «ушлёпком», после чего Никита разродился целым обличительным манифестом, вынеся приговор «так называемой элите» оппозиции. Возможно, продолжение следует, но лучше бы его не было.

Уважаемые Ирина и Никита, пожалуйста, остановитесь!  

Не подумайте, я не в роли кота Леопольда выступаю, мне, человеку эмоциональному и конфликтному, она не подходит. Конфликт, на мой взгляд, вообще является двигателем развития. Но при одном необходимом условии – если это конфликт идей, взглядов и подходов, который решается на равных.

В отличие от него, конфликт эмоций и персоналий, свойственный нашей политической кухне, абсолютно бесплоден. Ничего, кроме взаимно вымотанных нервов и увеличения негативной энергии в окружающей среде, он принести не может. 

На правах не только старшего, но и человека, почти месяц державшего голодовку с требованием его освобождения, хочу отдельно обратиться к Никите с упрёком: даже твоё достойное подражания поведение на суде и в заключении не позволяет тебе давать «почти стопроцентную гарантию», что на Санникова «не оказывалось физического воздействия». Готовый сюжет для пропагандистов и агитаторов, в кои-то веки можно ничего не фальсифицировать, а показать как есть. Кроме того, будут эти опрометчивые слова использованы или нет, они в любом случае безответственны.

Твою реплику насчёт особого спроса с кандидата в президенты – якобы ему «не позволено то, что позволено обычному человеку» – можно списать на горячность молодости. Разве Андрей Санников избирался в воры в законе, которым не положено хлопотать об амнистии и помиловании, шёл на выборы с лозунгом «отсижу от звонка до звонка, гадом буду»? Нет, он претендовал на довольно скучную «пиджачную» должность. Далеко отстоящую от роли племенного вождя.

Да, все наивно доверились обманчивой оттепели, забыли, что кандидаты в президенты без опыта работы президентом автоматически попадают в группу особого риска. И надевать им нужно не пиджак с галстуком, а костюм терминатора.

«Это победа Лукашенко в его личном противостоянии с Санниковым»? Ты так говоришь, как будто они договорились, кто из них дольше провисит вниз головой на ветке и Санников упал первым. Или Лукашенко блестяще выдержал теледебаты, не оставив своему оппоненту ни единого шанса. Если это и победа, то репрессивного аппарата государства над отдельным гражданином. Вследствие явного неравенства условий честной победой она считаться не может. 

В неравных условиях находишься с Андреем Санниковым и ты. Поскольку у тебя ещё нет жены и ребёнка. Это очень сильно меняет дело.

Думаю, тебе стоит простить Ирине Халип резкие слова. В конце концов, они вызваны обидой не за себя лично, а за близкого человека. Которого нет с ней рядом больше года. И нельзя быть уверенным, где он и что с ним. Больше года быть разлучённой с мужем, пять месяцов – с маленьким сыном, тут поневоле разучишься сохранять выдержку.

Вообще, слишком долго оппозиционная среда находилась в тесном замкнутом пространстве с плохим притоком воздуха, переживала совместный опыт постоянного унижения и бесконечных неудач. Такой опыт, как видно, не сплачивает и не закаляет, напротив, умножает взаимное раздражение. Подталкивает к тому, чтобы обвинить в сложившейся ситуации окружающих.

Но не лучше ли вместе подумать о том, как наконец выйти из этих стен? Когда Калиновский стал далёкой, почти забытой историей, и ждать его ремейка нет смысла, единственный выход – оставаясь одинаково слабыми, хотя бы перестать ненавидеть друг друга за слабость, выискивать ещё более слабого и гнобить его. Надо честно признать – все слабы. В разных смыслах, не только в политическом.

Слабые должны учиться прощать слабости другим и объединяться для борьбы с сильным. Для этого не нужно слипаться в один однородный ком, в котором нельзя понять кто где. Как говорилось выше, конфликт идей, взглядов и подходов – двигатель развития. Думать по-разному, действовать сообща.

«Разные против одинаковости». Таким мог бы быть лозунг общедемократического движения.


Няма запісаў для адлюстравання