Уже больше года Дианов живет в Польше.

Собирается ли он возвращаться в Беларусь или уже получил статус политбеженца?

О чем с ним хотят поговорить представители белорусских спецслужб?

И сколько миллионов заработал Дианов на молчаливых акциях протеста?

На эти и другие вопросы Вячеслав Дианов ответил «Народной Воле».

— На вашей странице в социальной сети «Вконтакте» написано: «Активный участник протеста 19 декабря. После штурма офиса и последующего преследования со стороны МВД и КГБ 25 декабря вынужден был покинуть страну. Скрывался от преследования со стороны белорусской власти на территории России и Литвы». За что вас преследуют? Вы лично громили Дом правительства?

— Нет, я не громил Дом правительства. А правоохранительные органы меня не любят, наверное, за то, что я неоднократно призывал людей выйти на площадь — и через социальные сети, и на улице на акциях, а перед выборами я был координатором кампании «Гражданин», об акциях которой Лидия Ермошина говорила примерно так: «Такого давления на избирательные комиссии за все время, пока я возглавляю Центризбирком, еще не было».

— Вы всерьез полагаете, что если вернетесь в Минск, то вас сразу посадят? За что?

— Да. КГБ раздражает то, что о тех, кто занимается проектом «Революция через социальные сети» (РЧСС), они знают довольно-таки мало. Я неоднократно достаточно критически и прямо высказывался о Лукашенко и о существующей власти. В Беларуси не работают законы, а повод изолировать нежелательного для власти человека всегда найдется.

— Когда последний раз вы были в Беларуси?

— 25 декабря 2010 года.

— В августе в эфире «Еврорадио» вы заявили, что планируете попросить политическое убежище в Польше. Уже получили статус?

— Простите, не хочу пока отвечать на этот вопрос, чтобы не давать дополнительных сведений белорусским спецслужбам.

— Правда, что вас отчислили из БНТУ за пропуски и неуспеваемость?

— Я учился в БГТУ и был отчислен за “пропуски занятий”. Как я уже говорил в СМИ, я просто перестал ходить на учебу в тот момент, когда ПОО “Движение будущего” только начало развиваться. Так как я был (и, кстати, до настоящего момента являюсь) председателем данной организации, у меня было очень много обязанностей, да и ответственность перед людьми была большая. Я не мог подвести…

— Писали, что вы продолжали обучение по программе Калиновского, но вас отчислили за пропуски. Кстати, вас часто попрекают этим: мол, мальчик без образования, а мнит себя чуть ли не национальным героем… Планируете еще получать образование?

— Пусть попрекают… Как говорится, легких путей не ищем. Я всегда ставил свою деятельность выше всего. Планирую закончить образование и получить ту специальность, которую выбрал в Беларуси. Последний курс закончить вполне реально.

— Вы считаете себя политиком?

— Политики в Беларуси нет. На мой взгляд, в стране нет реальной борьбы за власть. Идут вялотекущие процессы под разными соусами.

— На ваш взгляд, что лучше: перемены путем революции с крушением зданий, ОМОНом, массовыми митингами или, например, номенклатурный переворот?

— Главное — это результат, а лучше или  хуже — это все относительно. Если революционные процессы привели к демократии, соблюдению прав человека и развитию государства, то любые жертвы не напрасны. Это не я придумал, это историческая данность. Очень часто добыть свободу получалось только при помощи ожесточенной борьбы.

— Вас называют модератором молчаливых акций протеста. Если не ошибаюсь, последняя такая акция была в сентябре минувшего года, а затем люди просто перестали выходить на площадь. В декабре в одном из своих интервью вы сказали, что в 2012 году планируются новые акции. Не боитесь, что люди не придут?

— Если все тщательно спланировать, ввести новых лиц, подготовить ребрендинг и, самое главное, использовать новые методы и технологии — все получится, я не сомневаюсь.

— А мне кажется, что перемены наступят тогда, когда люди сами выйдут на площадь требовать перемен — стихийно и без всяких модераторов…

— Тогда наш народ точно будет готов к переменам. Но такого я не припомню…

— Некоторые политики называли ваши акции слабенькими и выдохшимися, а теперь и вовсе предрекают им полное затухание…

— Да знаю я эту «оппозиционную кухню» отлично, всех там знаю прямо или косвенно! Пусть такие политики скажут об этом публично или глядя мне в глаза. У меня найдется с десяток аргументов, что это не так. Мы же прорабатываем разные варианты, не сидим на месте. Как новые технологии, в том числе политические, могут быть слабенькими? Да и после минувшей осени я стараюсь на «политиков» особо внимания не обращать… Не чувствую с их стороны серьезного подхода — многим из них абы дожить до парламентских выборов…

— Не считаете ли вы, что своими призывами выйти на площадь вы некоторым образом подставляете не только «неокрепшие умы и сердца», но и карьеры и жизни взрослых людей?

— Нет, не считаю. Мы призываем действовать осознанно. И все наши информационные каналы направлены на отражение белорусской действительности. На площадь никто никого на аркане не тянет.

— На встрече с лидерами стран ОДКБ Александр Лукашенко с гордостью заявил, что научился бороться с интернет-революциями…

— На мой взгляд, это заявление рассчитано на публику. Они даже 10% наших возможностей не видели…

Лукашенко высказался про вас так: «Сидит в Польше за каменными стенами под охраной спецслужб». У вас есть личные охранники?

— Я и мои товарищи соблюдаем меры конспирации, но охраны у нас нет.

— Не только представители власти упрекали вас в связи со спецслужбами. Как думаете, почему?

— Наверное, не верят, что у нашей молодой команды может быть настолько серьезный и системных подход к организации деятельности.

— Как вам кажется, почему лидеры оппозиции не принимали участия в молчаливых акциях протеста на площади?

— Ко всему новому относятся с опаской. Многие наши люди вообще привыкли жить по не самому лучшему, на мой взгляд, принципу «Моя хата с краю».

— Если смотреть Белорусское телевидение, можно сделать вывод, что Дианов неплохо заработал на молчаливых акциях протеста…

— Ну пусть говорят — людей переубедить сложно. Я как говорил, так и говорю: мы пока все свои средства только вкладываем в борьбу и ничего не накапливаем.

— На какие средства вы сегодня живете в Кракове?

— На личные. Я работаю — являюсь консультантом по социальным сетям в нескольких проектах. На жизнь хватает.

— В 2008 году вы были доверенным лицом кандидата в депутаты Алеся Михалевича во время парламентских выборов. Сейчас общаетесь с ним?

— Да, конечно. У меня с Алесем хорошие отношения. Даже когда Алеся не так давно здесь, в Польше, задержали, мы с ребятами были готовы к самому худшему и уже готовили акцию у Генеральной прокуратуры Польши.

— Какой белорусский политик кажется вам самым достойным?

— Не могу сейчас ответить на данный вопрос… Всему свое время… Но такой человек есть.

— Вас называют инициатором создания и председателем совета просветительского общественного объединения «Движение Будущего». Что это за движение?

— Это оффлайн-основа РЧСС, в основном в Минске. Молодежное движение, которое зародилось в 2007 году в интернете, а потом из онлайна пришло в реальную жизнь. Мы провели десятки акций и несколько кампаний.

— Читала, что ваш отец занимается бизнесом в Москве, а мама преподает в хореографическом колледже в Минске. Как родители относятся к вашей бурной революционной деятельности?

— Относятся нормально, переубедить меня невозможно.

— На близких людей как-то пытались давить, чтобы вас образумить?

— Ходят, расспрашивают. Прямого давления нет.

— В марте вам исполнится 25. Какие планы на дальнейшую жизнь?

— Буду продолжать заниматься тем, чем занимался. Только более профессионально и динамично.

— При каких условиях возможно возвращение в Беларусь?

— Не хочу создавать рамки… Интуитивно. Я просто почувствую, что надо, что пора…

Марина КОКТЫШ.

ИЗ ЛИЧНОГО ДЕЛА

Вячеслав Дианов. Родился 4 марта 1987 года в Праге в семье спортсмена и хореографа. Белорус. Православный.

В 2005 году поступил в Белорусский государственный технологический университет на специальность инженер-педагог.

В 2010-м был кандидатом в депутаты Минского городского совета по Шугаевскому округу №53.

Любимые цитаты: «Устал — отдохни. Но после этого ты уже никогда не будешь бойцом революции» (Че Гевара).

«И один человек может что-то изменить, а попытаться должен каждый» (Джон Кеннеди).

«Короли уходят, а народы остаются» (В.Гюго).



Поделиться ссылкой: