Задание редакции звучало просто: купить 100 баксов в обменнике.— Если есть курс доллара, где-то должен быть и доллар по этому курсу. Люди в очередях стоят — значит что-то покупают! — решил редактор. — Иди, постой денек: и валюту купишь, и репортаж напишешь!

Планы редакции совпали с моими: непатриотичные квартирные хозяева упорно отказываются принимать плату в родных рублях, не поддерживая страну (и меня) в тяжелые времена. А денег, которые остались от зарплаты, хватит на покупку долларов только по официальному курсу!

И я отправилась в очередь к обменнику.

Первый день: три очереди и первые переклички

С утра в пятницу я отправилась сразу в три очереди: в большом магазине неподалеку от дома, в центральном универмаге и крупном торговом центре.

В магазине у пункта обмена валют стоит 5 — 6 человек, но при открытии и закрытии пункта, когда переписывают очередь, собирается около 20. Я получаю номер 27. Не слишком оптимистично: в день тут проходит 10 — 20 человек.

В очередях у обменников белорусы стоят уже месяц

В магазине вообще самая неорганизованная очередь: неразбериха, шум и гам, но, как ни странно, и самый реальный шанс что-то купить. Во-первых, максимальная покупка — всего 200 долларов. Во-вторых, очередь похожа на игру на выбывание: устал, замерз, уснул, отлучился больше чем на два часа — выбыл! Тут даже перекличек нет, все бонусы тем, кто дежурит ночью (обычно первая десятка в списке) или приходит очень рано утром (попадают во вторую десятку).

В торговом центре я получила номер 97. Возле обменника два человека: грустная уставшая женщина на табуретке и смуглый широкоплечий мужчина, национальность которого я определить не могу.

— Покупка — максимум 300 долларов. В день человек 15 покупает… Дней через 5 — 6 и вы купите, — широко улыбается он. Тут все строго: переклички утром-вечером в семь и в два часа ночи.

В универмаге я записываюсь под номером 74. Тут особая ситуация, лимит на покупку — аж 1000 долларов, и стоят здесь люди серьезные. Меня пытаются отговорить:

— Проверки в 9 утра и в 9 вечера, будете в десятке — придется ночевать у магазина, — объясняет мужчина со списком. — Иначе придут левые, составят свой список или устроят живую очередь. Да еще дзержинские приезжают на машинах семьями, с мамами, братьями, женами…

Когда я признаюсь, что мне нужно 100 — 200 долларов, мужчина смотрит на меня с удивлением.

— Вы лучше знакомых обзвоните, — в сердцах говорит он. — Или пройдитесь по обменникам в маленьких магазинах, в банках на районах. За день наберете свои 100 баксов.

…Вечером — первые переклички. В магазине меня встречает, как старую знакомую, один из местных «валютных бизнесменов», улыбчивый грузин лет сорока, с широкими плечами и цепким взглядом. Через полчаса я сама не замечаю, как диктую свой телефон.

Рядом топчется группа парней, говорящих на непонятном мне языке, оказывается — туркмены.

Бегу в торговой центр. Смуглый мужчина ставит плюсик напротив номера 97 и напоминает про два часа ночи. Завтра, обещает он, я буду 87 — 88-я…

…К концу дня понимаю, что расписание на ближайшие дни выглядит так:

2.00 ночи — торговый центр, перекличка.

6.00 утра — к магазину, там составляют утренний список.

7.00 утра — торговый центр, отметиться.

9.00 утра — универмаг, отметиться.

10.30 — к магазину, открывается обменник, лучше быть на месте.

С 20.00 до 22.30 — быть в магазине, при закрытии обменника формируют новую очередь.

21.00 — универмаг, перекличка, составление новых списков.

2 часа ночи…

И так далее. Спать, как Штирлиц, я не умею, к тому же ношу контактные линзы, что добавляет сложностей, так что будущее представлялось весьма грустным.

Первая ночь: вылетаю сразу из двух списков

Ночью идет сильный дождь. В два часа на такси еду к торговому центру, в 2.07 я у входа. Темнота — и никого… Даже если я опоздала, неужто 96 человек отметилось за семь минут?! Утром я увидела все ту же сотню человек в списке и с этой очередью решила завязать. Она явно не для обычных гражданин.

Расстроенная, я отправилась домой — на сон оставалось три часа.

В шесть утра, не выспавшись, под проливным дождем прихожу к магазину. Мужчина дежурит у входа, за углом стоит три машины, в них спят остальные. Меня ждет неприятный сюрприз: в списках моего имени нет.

— Тут вчера вечером такой скандал был! После закрытия обменника все вышли на улицу, кричали, чуть до драки не дошло, — зевая, говорит Татьяна, предпринимательница лет 30-ти, перелистывая школьную тетрадку с фамилиями. — О, ваше не вычеркнуто, только в другой список его почему-то не перенесли… Будете 29-я. На сегодня у вас шансов нет. А завтра будет новый список.

Поняв, что скандалить я не буду, Татьяна расслабилась.

— Я в последние недели толком не сплю, ночую тут. Мне деваться некуда, нужно валюту брать каждый день, я товар вожу из России, — рассказывает она. — Вчера купила, сегодня снова ночую, я 9-я.

Тут же появляется и жизнерадостный грузин, который и забыл меня внести в другой список.

— Оля, как ночь провела, может, чаю-кофе попьем? Не расстраивайся, завтра купишь!

— Раз вы меня забываете в очередь внести, мне не до чая, — шиплю я, потом устраиваю небольшой скандал «дежурным по списку».

— Я вчера была? Вы меня видели, записали? Да! Так почему в список не внесли?!

Помогает: с 29-го места я передвигаюсь на 21-е. Вывод: постоянно приходить, все проверять, можно и поскандалить.

Второй день: в очередях меняется власть

Всю субботу бегаю от очереди к очереди, от универмага к магазину. Зато потихоньку начинает доходить, что вообще происходит в этих очередях!

В универмаге стоят в основном валютчики или предприниматели, все же лимит — штука баксов. Утром в субботу тут скандал: власть в очереди поменялась, пришли люди из соседнего обменника и наводят порядок.

— Я пришел в пять утра, а никого нет! Где эти дзержинские, их очередь была? Они не дежурили, а в машине спали! — кричит валютчик Саша.

Пока идут разборки, общаюсь с местным дельцом.

— А зачем вам столько долларов?..

— Сколько стоит доллар на черном рынке, знаете? 4200 минимум, — улыбается мужчина. — Вот и считайте.

Считаю. С тысячи долларов получается разница в 1 млн. 100 тысяч. Купить эту тысячу можно за три-четыре дня, но, думаю, мужчина отоваривается чаще. В очереди сложилась небольшая «мафия», которая держится один одного.

— Дочка у меня умница. Стала в другом обменнике, день отстояла, потом осталась ночевать — взяла бойфренда, машину… А потом пришла и выгребла у папы все рубли, купила тысячу, — умиляется валютчик. — Она студентка, а тут прибыль в десять ее стипендий.

По рукам ходят три списка, решено составить один общий. Я упираюсь и отказываюсь уходить, пока не увижу в нем свое имя и номер. В результате оказываюсь 59-й, уже неплохо.

У меня снова есть три часа на сон… В пять вечера наступает мое второе «утро». Дежурный по списку, хорошо одетый деловой мужчина, радует: «откупилось» 9 человек, то есть я теперь 50-я. Еще пятьдесят тысяч ведер — и золотой ключик у нас в кармане…

Завтра в девять утра — новая перекличка.

— Праздники, 1 мая, а куда денешься. Может, пить бросим? Будем трезвые, здоровые стоять в очереди за валютой! — зло иронизирует мужчина.

Магазинная очередь — другая. Валютчиков всего пару человек, в основном жители ближайших домов, ипэшницы. Прихожу к ним, и меня разбирает смех: тут тоже переворот! И меня опять нет в списках. Да чего там, и списка уже нет! То ли порвали, то ли спрятали.

— Будет живая очередь! — кипятятся женщины. — Кому надо — отстоял и взял! А потом — остался на ночь! А то приходят, отмечаются — и домой, спать! А мы тут за них корячимся, ночь мерзнем!

Когда приходит девушка, которая отстояла полдня и ушла на пару часов домой, ее в живую очередь не пускают.

— ОБЭП забрал списки. С милицией вместе, — с непроницаемым лицом сообщает постоянная покупательница. Я мысленно аплодирую.

— А мне все равно! Я в этих очередях впервые стою, мне стыдится нечего! — негодует девушка. В голосе то злость, то слезы.

А я снова последняя, заветная валюта все дальше… И тут, за 15 минут до закрытия обменника, приходит хамоватый молодой русский, и со словами «что вы тут, б…ь, все стоите?! Дайте к обменнику подойти!» — сдает аж 30 тысяч российских рублей. Я себе чуть язык не прикусила, чтобы сделать ему замечание ПОСЛЕ того, как он свои рубли сдаст, а не ДО.

Рубли раскупают, несколько счастливчиков отправляюся домой, а я оказываюсь в первом десятке. И, если хочу сохранить полученное место, должна ночевать у магазина. Слушаю инструкции от предпринимательницы Марины:

— Сегодня ночью +1, наденьте все самое теплое. Колготочки, дубленочку, на голову что-нибудь, шарф… Термос возьмите. И пописать не забудьте, тут туалета нигде нет! А утром сходите домой, приведете себя в нормальный вид, умоетесь, переоденетесь…

Марина — девушка высокая, видная, крашеная блондинка, на ногтях — дизайнерская роспись. Курит, а потом тяжело кашляет: подежурила тут, не одевшись, заработала бронхит.

Мы расходимся по домам. Я смываю косметику, надеваю все, что есть в доме теплого, сверху, как и советовала Марина, дубленку. И, стараясь не попадаться на глаза прохожим, около полуночи пробираюсь к магазину.

В ночное

Ночная компания — нарочно не придумаешь: студент из Туркменистана, жизнерадостная предпринимательница из Украины (торгует семечками, но мелким оптом!) и ярко накрашенная белоруска-ипэшница.

Чуть позже подходят мама с сыном. Они взяли кредит на машину в белорусских рублях, и теперь нужно купить на них доллары, а потом до 1 июля — машину.

— Я даже фунты английские как-то купила. Думаю, хоть посмотрю, какие они! — смеется мама. — Оказалось, королева нарисована, красивые.

В это время в машине спит пять человек, и я надеюсь, когда они проснутся, пойти домой. До моего 8-го номера дойдет в лучшем случае к часу-двум дня, столько времени на ногах я просто не продержусь.

— Я уже не первую ночь ночую. В прошлый раз оделась плохо, ой как я тут замерзла! — говорит мама.

— Да, я помню, вы газетами укрывались, — улыбается студент.

— Тут вьетнамец дежурил, так под утро вокруг магазина бегал, бедный!

Неподалеку от нашей стоянки — бар. Потом мимо нас проходит парочка, парень приглушенно смеется — явно над нами. У меня начинают гореть уши… Я понимаю, как смотрюсь со стороны: два часа ночи, сижу на парапете, с термосом, закутавшись, и жду, когда откроется обменник, чтобы урвать 200 баксов. И даже сознание того, что в унизительной ситуации — ни капли вины ни моей, ни моих коллег по очереди — не спасает. Мне стыдно.

— Да пусть смеется, — философски замечают коллеги постарше. — Ему понадобится, и он тут станет.

— Думаю, через месяц-другой уедем в Россию или обратно, в Украину. У вас тут хорошо было, бизнес был, но последнее время все хуже, — говорит украинка.

Мы, белорусы, вздыхаем. О политике и экономике мы ночью почти не говорим. Мы только шутим, что пора заводить огороды, а потом всерьез обсуждаем, как вырастить на балконе петрушку и как хранить в подвале морковку…

В три ночи я пошла домой, поспать, переодеться. В 6.30 уже была у магазина. Организм послушно просыпался, поднимался и плелся в очередь, а я пыталась вспомнить, какой сегодня день недели.

Третий день: приезжие из России как спасение белорусских валютчиков

В семь утра светит яркое солнце, подтягиваются люди из второй десятки. В восемь открывается магазин, я бегу за булочками к кофе, который принесла с собой в термосе. Угощаю «коллегу» из Туркменистана. Тот, оказывается, уже шестой.

— Я в 4 утра один дежурил, очень холодно было, вот и сказали, что могу в очередь стать, — извиняющимся тоном говорит студент. Я, и правда, самое холодное время проспала дома, так что соглашаюсь пропустить.

…В час дня у обменника все еще первый человек, предпринимательница Татьяна. Я по-прежнему восьмая… Но тут выяснилось, что Татьяна покупает только доллары, любую другую валюту скупают следующие по очереди. С другой стороны окошка стоит парень, который подсчитывает, кто сколько купил.

…И вот оно — счастье: неприметная, средних лет женщина сдает аж 11 тысяч российских рублей. Татьяна опять отказывается брать не доллары, и наступает моя очередь. Я впервые подхожу к окошку, здороваюсь с приветливой кассиршей, которая явно сочувствует очереди и даже технический перерыв отменила, когда появился клиент.

— Вам шесть тысяч рублей, — предупреждает меня «контролер». Я радостно киваю, получаю валюту и мысленно прощаюсь с очередью. Домой! Спать!

— Оля, будете еще записываться? — отводит меня в сторону Марина, с которой мы составили неплохой тандем.

— Нет, — честно ответила я. — На месяц вперед у меня свободных нет. А нет денег — нет и проблем с валютой!

Поделиться ссылкой: