Потерпевшие от взрыва в Пинске по-прежнему находятся в больницах. Три человека – в Брестской областной; по словам местного медперсонала, их дела идут на поправку. Один уже дышит самостоятельно и даже пробует есть. Второго периодически отключают от аппарата искусственной вентиляции легких, чтобы дышал самостоятельно. Более «тяжелый» третий.

В Минской городской больнице скорой помощи на сегодняшний день два потерпевших – 33-лений Михаил Касьян и 43-летняя Наталья Гладун.

– Они уже нормально ходят, разговаривают, – рассказывает заместитель главного врача по медицинской части Игорь Григорьев. – Но сколько еще пробудут в больнице – об этом сказать нельзя. Все будет зависеть о того, как будет приживаться кожа, которая пересажена.

– Медики сделали все возможное, – добавляет заведующий ожоговым отделением Минской больницы скорой помощи Владимир Лещенко. – Лучшие специалисты выехали в Пинск в первые же часы после трагедии. Но травмы у многих были очень тяжелые…

Михаила Касьяна привезли в Минск из Брестской областной больницы. Руки, лицо – все было обожжено. Сейчас он лечится в ожоговом отделении.

Михаил Касьян: «Отцовская «хэбэшка» меня и спасла…» (фоторепортаж)

– Я на «Пинскдреве» работаю оператором уже около десяти лет, – Михаил соглашается на беседу, и мы присаживаемся на диван возле его палаты. – Не сказал бы, что работа тяжелая. Да и зарплата устраивает. Не огромная, но для Пинска – нормальная.

– В тот день…

– Как говорят, ничто не предвещало беду. Спокойно работали, я находился в будке за операторским пультом. Боковым зрением увидел надвигающееся пламя. Дверь в будке оказалась открытой, и я начал туда выпадать. Хотя пламя меня настигло. Упал, начал искать выход… Пострадали руки, нога и голова. Но выбрался самостоятельно.

– Когда выходили, видели, что происходит вокруг?

– Видел, что от склада остались одни кирпичи, я через них перебирался. Когда вышел, появилась мысль, что надо жене позвонить. Сказать, что жив. Недалеко горел погрузчик…

– А что в это время происходило с коллегами? 

– Я мало кого видел. Когда падал после вспышки, заметил только, что на напарнике вспыхнула роба. Но, упав вниз, удивился, как обратная тяга пошла. Воздух начал обратно в цех заходить. В этот момент я начал вдыхать… Пошел в медпункт, туда уже подтягивались рабочие в оборванных и обгоревших робах. Меня загрузили во вторую “скорую” и увезли.

– Говорят, что у многих синтетические робы просто плавились на теле…

– Да, это правда. Я видел одного вообще без одежды. Все сгорело. А на мне была «хэбэшка», вот это и спасло. Она выдержала температуру и не вспыхнула, как порох, а начала тлеть. У меня, кстати, роба была тоже, как у всех, синтетическая, но «хэбэшку» я взял у отца. Получается, что она хоть и старого образца, но жизнь спасла.

– Говорят, что на предприятии и до этого были пожары?

– Так это были легкие возгорания, быстро тушились.

– Как ваше самочувствие сейчас?

– Вроде все хорошо. Буду ждать, как будут заживать ожоги.

– После выписки снова на работу?

– Пока об этом даже не думал. Надо сначала восстановить работоспособность. Это на данный момент меня интересует больше всего.

Михаил Касьян: «Отцовская «хэбэшка» меня и спасла…» (фоторепортаж)

Михаил Касьян: «Отцовская «хэбэшка» меня и спасла…» (фоторепортаж)

Поделиться ссылкой: