Борис ЖЕЛИБА,  профессор,  доктор экономических наук.

Чтоб за державу не было обидно…

Чтоб за державу не было обидно…

В Астане 5 июля А. Лукашенко подписал Таможенный кодекс, и Беларусь полностью присоединилась к Таможенному союзу, куда кроме нее вошли  Россия  и Казахстан. Таким образом, с 6 июля между тремя государствами — участниками Таможенного союза образовалась единая таможенная территория.

Таможенный союз прежде всего предполагает свободное беспошлинное перемещение  товаров через границы государств-участников. На “железобетонное требование” белорусского правительства обнулить пошлины на нефть и нефтепродукты российское руководство не менее твердо осталось на своих заявленных еще ранее позициях: пошлины будут отменены с переходом на более высокий этап Таможенного союза — с созданием Единого экономического пространства в 2012 году.

Cтойко державшиеся белорусские власти сдались или отошли на заранее подготовленные позиции. Причина этого, на наш взгляд, лежит на поверхности. Устами руководителей второго эшелона российской  власти И. Шувалова и И. Сечина было категорически заявлено, что в случае невхождения Беларуси в Таможенный союз Россия вводит пошлины  на нефть, используемую белорусской экономикой и для внутреннего потребления (6,4 млн тонн), и на весь потребляемый ею природный газ. Последнее, с перспективой выхода цены на газ за 1000 м3 за 300 долларов. А учитывая приближающийся пуск газопровода “Северный поток”, который резко снизит доходы Беларуси от транзита, да еще что-нибудь вроде введения 100%-ной предоплаты за поставки газа, белорусская экономика без российских энергетических преференций “ляжет” за считанные месяцы. Это перед выборами-то! Такого белорусские власти допустить никак не могли.

Итак, мы в Таможенном союзе. В СМИ  началось оживленное обсуждение того, что он даст стране или отнимет у нее. Причем мнения и оценки высказываются разные, вплоть до диаметрально противоположных. Вице-премьер Беларуси А. Кобяков заявил, что при вступлении в силу Таможенного кодекса Таможенного союза в Беларуси каких-то радикальных изменений ждать не стоит. Надо понимать, в худшую сторону. Иначе зачем было вступать в союз? Впрочем, он добавил, что ныне Беларусь может организовывать сборочные производства и свободно торговать их продукцией на территории всего Таможенного союза. Свободное перемещение товаров внутри союза создаст условия для дополнительного привлечения инвестиций в страну. Мы (белорусы) получаем рынок уже в 170 млн жителей. По его словам, если до сегодняшнего дня на белорусско-российской границе российская сторона осуществляла таможенное оформление и таможенный контроль в отношении товаров из третьих стран по более чем 11 тысячам 700 позициям, то с 6 июля их останется несколько десятков, по которым предусмотрены изъятия из режима функционирования единой таможенной территории Таможенного союза. Помимо этого, с момента введения в действие Таможенного кодекса вступает в силу соглашение по установлению единых правил в области технического регулирования, санитарного, ветеринарного, фитосанитарного контроля.

Вероятно, надо понимать А. Кобякова так, что “молочные”, “мясные”, “сахарные” и прочие торговые войны прекратятся. Белорусские стандарты будут соответствовать единым требованиям и откроют нашему продовольствию прямую дорогу на прилавки Москвы, Питера и других российских городов.

Более сдержан был в своих оценках экс-председатель Нацбанка РБ С. Богданкевич. По его мнению, Таможенный союз с Россией Беларуси нужен. Пусть с изъятиями и исключениями. Но это может привести и к потере Беларуси части суверенитета. Мы в конечном итоге утратим свою валюту. Россия, являясь основным участником союза, будет там доминировать и уже показала, как  она это может делать.

Действительно,  первый заместитель премьер-министра России И. Шувалов не исключает введения в Таможенном союзе единой валюты (читай, российского рубля) с учетом формирования к 2012 году Единого экономического пространства. А дальше заявляет о переходе к единому валютному пространству, к единой платежно-расчетной системе и т.п. Напомним, что Беларусь имела намерения войти в рублевое пространство России, начиная с 1993 года до последнего времени, когда главы центробанков неоднократно заявляли, что технически все вопросы решены, осталась только политическая воля глав государств. Но, думаю, белорусское руководство, оценив наконец ситуацию, стало исповедовать принцип: “потеряешь свои деньги — отдашь власть”.

С острой критикой Таможенного союза выступил кандидат в президенты от ОГП Я.Романчук. Он расценивает союз как еще одну веху в интеграционной риторике. Союз не будет действенным и эффективным, как и само Союзное государство России и Беларуси. Как он считает, Таможенный союз необходимо строить по образцу Европейского Союза. При настоящем Таможенном союзе товары, производимые в Беларуси, беспрепятственно попадали бы в Россию и Казахстан и наоборот. Не стало бы ограничений на участие в российских тендерах белорусских товаров, равно как и бюджетной помощи национальным производителям в ущерб компаниям из стран-партнеров по Таможенному союзу. Наконец, цены энергетических, транспортных, телекоммуникационных монополистов во всех странах не дискриминировали бы покупателей по стране происхождения. Но всего этого нет и в обозримом будущем не предвидится. Немаловажны его высказывания и по неэкономическим вопросам. Так, по его словам, Таможенный союз должен базироваться на доверии президентов, правительств, парламентов. Оно строится на одном ценностном фундаменте, одних правилах игры, на взаимном уважении культур и национальных традиций. В Европе таким фундаментом является демократия, свобода, права человека и верховенство закона. В Беларуси, России и Казахстане демократия управляется, свобода ограничивается, права человека защищаются избирательно,  а верховенство закона подменяется беспрекословным подчинением воли руководителей страны.

В самом деле, трудно представить, что правительство Беларуси откажется, к примеру, от массированных дотаций сельскому хозяйству после вступления страны в Таможенный союз. В то же время резонно задаться вопросом, не станет ли Таможенный союз “Бумажным союзом” авторитарных режимов?

К слову сказать, часть упреков, бросаемых в адрес Таможенного союза, должно снять введение Единого таможенного пространства. В частности, отмена Россией пошлин на нефть и нефтепродукты. Когда цены на газ и нефть для Беларуси станут сопоставимыми с ценами Смоленской области. Ожидается отмена так называемых внетарифных ограничений — различного рода квот, институтов спецэкспортеров и т.п. И, казалось бы, многое устранится из того, на что обращал внимание Я. Романчук. Отдельного внимания заслуживает вопрос о пошлинах на ввозимые в Беларусь автомобили для физических лиц. Еще на год они остаются прежними. Но затем неумолимо будут повышены до российского уровня. Это сделает невозможным для многих белорусов приобретение подержанных  иномарок мировых брендов в сегодняшнем диапазоне 5—10 тыс. долларов. Им будет взамен предложена новенькая продукция российских ВАЗа и ГАЗа. Этот-то “подарок” конкретно задевает интересы многих соотечественников, которым дешевые нефть и газ “до лампочки”. Они этого просто не заметят. Хотя по некоторым данным Россия от создания Таможенного союза рассчитывает получить прибыль в сумме 400 млрд долларов, а Беларусь и Казахстан — по 16 млрд (откуда что берется?).

Собственно давайте зададимся вопросом, зачем государствам нужны таможенные экспортные и импортные пошлины соответственно на вывоз из страны и ввоз в страну многих товаров? Ввозные пошлины создают таможенную защиту (протекцию) для отечественных производителей аналогичных товаров. Это делается тогда, когда импортные аналоги лучше по качеству и без пошлины в цене были бы дешевле отечественных. Естественно, свой покупатель отворачивается от своих товаров и предпочитает импорт. В таком случае национальные производители обречены. Экспортные пошлины чаще вводят на вывоз природных ресурсов и продуктов первичной их переработки. Для Беларуси в первую очередь это хлористый калий, лес, нефтепродукты, для России — нефть, газ. С тем, чтобы эти ресурсы  присутствовали в достаточной степени и на внутреннем рынке, чтобы он не остался “оголенным”. В то же время  те и другие пошлины выполняют и фискальную функцию, являясь надежным источником пополнения доходной части госбюджета. К таможенному регулированию прибегают практически все страны. И развитые и тем более не очень. Развитые, например, защищаются от импортных товаров с демпинговыми ценами, т.е. страны с дешевой рабочей силой вроде Китая и отчасти Беларуси за счет низкой себестоимости могут позволить себе поставлять продукцию, приемлемую по качеству, по заведомо низкой цене. Но в экономических отношениях между собой развитые страны все же исповедуют принцип свободной торговли, применяя ограниченную таможенную защиту. Этому принципу соответствует деятельность Всемирной торговой организации (ВТО), куда стремятся попасть Россия, Беларусь и Казахстан. Ускорит или замедлит  процесс вступления стран — участниц Таможенного союза в ВТО сам факт создания союза — также большой вопрос. В ВТО принимают по одному, а не “хором”, при наличии согласия всех стран — членов этой организации. Ближе всего в переговорном процессе к вступлению находится Россия.

Таможенная защита может приносить государству, его экономике, как пользу, так и вред. В зависимости от того, насколько с умом ею пользоваться. В принципе таможенная защита должна носить временный характер. Скажем, ограничивая конкуренцию  импортеров, она дает возможность отечественным предприятиям укрепиться на внутреннем рынке, создать необходимые накопления для развития и модернизации производства. Далее, они должны конкурировать с иностранными производителями на равных, и таможенная защита им не нужна. В наших реалиях зачастую получается с точностью до наоборот. Таможенная защита носит постоянный характер, создает тепличные условия для отечественных предприятий. Она не приносит сегодня пользу таким известным предприятиям, как МАЗ, “Горизонт”, “Атлант”, мебельщикам и другим производителям.  Состоятельные покупатели все равно предпочитают более качественные зарубежные аналоги, хотя они за счет пошлин обходятся им значительно дороже. Российское правительство постоянно субсидирует огромные деньги на развитие ВАЗа, организует ему высокую таможенную защиту. А толку? Через год мы также будем защищать российский автопром. В период очередного нефтяного кризиса, когда нефтедобывающие страны, входящие в картель ОПЕК, резко повысили цены на бензин, японский автопром осуществил нашествие на американский рынок, забросав его дешевыми экономичными малолитражками. Американцы соответственно снизили спрос на дорогие и прожорливые отечественные легковые машины. Три американских автомобильных гиганта “Форд”, “Дженерал Моторс” и “Крайслер” очутились на грани банкротства и обратились за помощью к правительству США о таможенной защите. Но правительство отказало им в этом. Выкручивайтесь, мол, сами. И через короткое время появилась экономичная модель “Форд Таурас”, которая по объему продаж почти не уступала японской “Тоете Лексус”.

Конечно, на вопрос, что же нам принесет Таможенный союз? — можно ответить достаточно банально:  это покажет время. Есть мнения, что российская экономика как более мощная и масштабная завалит своей продукцией белорусский рынок и разорит многих белорусских производителей. Казахстана нам пока бояться нечего, товарооборот с ним плевый. За 2009 год он составил 388 млн долларов. Другие говорят, что российской продукции на нашем рынке уже давно предостаточно, и ничего, белорусские предприятия выживают. Если рассуждать чисто экономически, белорусским потребителям, как и любым другим, нужно больше привлекательных и качественных товаров, хороших и разных. И иметь деньги эти товары приобретать. Пусть будут товары в достатке и с Запада, и с Востока. Для белорусов. В общем, таможня дает добро, но чтоб за державу не было обидно…

Ярослав РОМАНЧУК, руководитель Научного исследовательского центра Мизеса

Таможенное месиво

6 июля 2010 года Беларусь в очередной раз вступила в очередной союз.

На этот раз — в таможенный.  На этот раз — в компании с Россией и Казахстаном.

Уже не первый раз наша страна пытается реализовать совместный проект с этими странами. 8 декабря 1991 года мы создавали Содружество независимых государств. СНГ должно было стать и зоной свободной торговли, и единым экономическим пространством, но постепенно трансформировалось в Клуб президентов. Обменялись мнениями, потрепали друг другу нервы, выпили за здравие, приняли никого и ничему не обязывающие документы — и разъехались по домам.

 Подарок тщеславия Назарбаеву

Свое первое соглашение о Таможенном союзе Беларусь и Россия подписали 6 января 1995 года, более 15 лет назад. 2 апреля 1996-го мы с Россией создали Сообщество на двоих, а 8 декабря 1999-го — Союзное государство. Затем Беларусь, Россия и Казахстан решили в очередной раз встряхнуть интеграционную рутину и 10 октября 2000 года подписали договор об учреждении Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС). Но и этого показалось мало. Россия, Казахстан и Беларусь в компании с другими странами — партнерами по СНГ 19 сентября 2003 года подписали соглашение о намерении создать Единое экономическое пространство (ЕЭП). Много похожих слов, бравада интеграционными достижениями — и смысловая пустота. Интеграционные проекты между нашими странами давно стали приторной внешнеполитической жвачкой, которой пытаются за бюджетные деньги придать неповторимый устойчивый вкус члены правительств, многочисленные чиновники и эксперты.

Складывается впечатление, что Таможенный союз России, Казахстана и Беларуси вступил в силу 6 июля 2010 года, только чтобы уважить президента Казахстана Н. Назарбаева. Ему к 70-летию сделали такой внешнеполитический подарок — в торжественной обстановке подписали Таможенный кодекс. Дарить азиатскому лидеру шикарные авто, бриллианты или нефтяные скважины пошло, хотя наверняка не обошлось и без них. Он сам кого хочешь одарит чем хочешь. А вот Таможенный союз — это уникальный подарок. Весь мир о нем говорит.

По случаю юбилея не с руки задавать вопросы о реальной ценности подарка. Главное, что люди в Казахстане и далеко за его пределами воспринимают это как нечто уникальное и ценное.

 Если бы это былне суррогат

Если бы это был настоящий Таможенный союз и он по-настоящему вступил бы в силу, мы бы сразу это почувствовали. Мы бы стали жить в образовании, похожем на Европейский Союз. Была бы ликвидирована таможенная граница. Отпала бы необходимость заполнять любые виды деклараций при перемещении товаров через границы наших стран. Товары из третьих стран свободно перемещались бы после растаможки на внешней границе Таможенного союза. Была бы ликвидирована практика введения ограничений на перемещение товаров из России и Казахстана в Беларусь и наоборот. Сертификаты качества и соответствия трех стран принимались бы без необходимости их подтверждения. Перестали бы действовать квоты и другие виды количественных ограничений. Исчезли бы требования белорусских властей обеспечивать 90% продовольственных и 80% промышленных товаров в розничной торговле исключительно белорусского происхождения.

Изменился бы порядок уплаты и получения компенсации НДС. В цену товаров, вывозимых белорусскими компаниями в Россию, равно как и российских товаров, продаваемых в Беларусь, включался бы НДС. Был бы введен иной порядок возврата НДС. Например, если бы белорусская компания экспортировала товар через Владивосток, то штамп местной таможни на сопровождающих товар документах был бы основанием для требования возврата НДС в Беларуси. И такой возврат осуществлялся бы в течение максимум недели, а не года.

При настоящем Таможенном союзе товары, производимые в Беларуси, беспрепятственно попадали бы в Россию и Казахстан, и наоборот. Определение страны происхождения товара было бы у всех идентичным. Не стало бы ограничений на участие в российских тендерах белорусских товаров, равно как и бюджетной помощи национальным производителям в ущерб компаниям из стран – партнеров по Таможенному союзу. Наконец, цены энергетических, транспортных, телекоммуникационных монополистов во всех странах не дискриминировали бы покупателей по стране происхождения.

Но всего этого нет, и в обозримом будущем не предвидится.

Очередной обреченный союз

Таможенный союз, как и любое другое интеграционное объединение, базируется на доверии. Президенты, правительства и парламенты должны доверять друг другу. Доверие строится на одном ценностном фундаменте, одних правилах игры, на взаимном уважении культур и национальных традиций. В Европе таким фундаментом является демократия, свобода, права человека и верховенство закона. В Беларуси, России и Казахстане демократия управляется, свобода ограничивается, права человека защищаются избирательно, а верховенство закона подменяется беспрекословным подчинением воли руководителей страны.

Горький интеграционный опыт Беларуси, России и Казахстана, накопленный с 1991 года, показывает, что такой фундамент оказывается зыбким и конфликтогенным. Чрезмерная персонификация отношений между странами не только не привела к созданию союза, конкурентного ЕС, но усилила самоизоляцию Беларуси, протекционизм России и Казахстана.

Лидеры стран могут временно договориться по схемам поставки энергоресурсов и дележа ренты. Не возникает проблем с координацией реализации совместных проектов в сфере вооружения и транспорта. Как правило, без сучка и задоринки проходят схемы по совместному “распилу” бюджетных ресурсов. Бывают недовольные долями и процентами, но, поскольку интересы верхов соблюдаются, острых конфликтов не возникает.

Одновременно каждый руководитель страны сохраняет полный контроль над всеми внутренними политическими и экономическими институтами, денежными и товарными потоками. При олигархических, олигополитических договоренностях верхов руководители стран настаивают на сохранении монополии внутри страны. Они не готовы делиться властью с внутренними силами, а уж тем более с иностранными правительствами.

Номенклатура сохраняет лояльность, когда Центр делится с ней определенными полномочиями и контролем над активами. Ей тоже не нужна конкуренция. Их интересы блюдут суды, де-факто подчиненные вертикали исполнительной власти. Поэтому реальный трансферт полномочий наднациональным органам маловероятен, и созданные сторонами Таможенного союза органы с высокой вероятностью останутся органами в себе и для себя.

Есть еще один неотъемлемый институт любого успешного интеграционного образования — независимый суд, чьи полномочия и решения признают все стороны проекта. Его не было ни в одном из предыдущих интеграционных проектов на постсоветском пространстве. Нет его и в нынешнем Таможенном союзе. А без суда и суда нет. Участники проекта обречены на хроническое выяснение отношений через номенклатурные, политические разборки. При нынешнем качестве человеческих отношений между А. Лукашенко и руководителями России склоки, ссоры и конфликты нам гарантированы. Казахстан будет балансировать, склоняясь скорее к поддержке большого и богатого ресурсами соседа. Поскольку руководители всех сторон Союза сделали ставку на интеграцию, то едва ли кто-либо осмелится первым выйти из Таможенного союза.

Наконец, такой проект, как “Таможенный союз”, может успешно работать, если правительства четко контролируют границы, эффективно борются с серой экономикой и коррупцией, не имеют “дырок” на границе и особых таможенных территорий и зон внутри страны. Ни Беларусь, ни Россия, ни Казахстан не могут похвастаться достижениями в этих сферах.

Почему Беларусь будет саботировать Таможенный союз

Вступить в Таможенный союз руководству Беларуси было нужно, чтобы не нарваться на восстановление Россией таможенной границы и жесткий протекционизм, а также чтобы сохранить беспошлинную квоту импорта сырой нефти, природного газа. Если бы Беларусь осталась за бортом этого образования, наша номенклатура однозначно восприняла бы это как поражение А.Лукашенко. Работать в автономном режиме по мировым ценам и в условиях свободной конкуренции белорусский Госплан не может. Перед президентскими выборами такой поворот событий руководитель нашей страны допустить не мог.

Официальный Минск вошел в Таможенный союз, но реализовывать принцип четырех свобод (свободное перемещение товаров, услуг, денег и рабочей силы) он явно не собирается. Пустить российские товары на белорусский рынок, то есть снять требование обеспечить 90% продовольственных и 80% непродовольственных белорусских товаров в рознице, — это “похоронить” тысячи дышащих на ладан государственных предприятий. Белорусские власти готовы идти на серьезные уступки, только получив энергоресурсы по внутрироссийским ценам. Но реализации этого амбициозного плана мешает неприступный И.Сечин, третья голова российского государственного орла.

Не решены проблемы поставок сельхозтехники, продовольствия, участия в тендерах и многое другое, что может испортить образ успешной интеграции. Александр Лукашенко никогда ни с кем не делился властью, а Таможенный союз его к этому принуждает. И что, он будет терпеть принуждение?!.

Старые схемы и механизмы взаимоотношений с Россией поломаны. Новые пока не созданы. Но какими бы они ни были, о дешевом газе и нефтяном гранте нужно забыть.

Поделиться: