Поэтому нормой отношений между двумя странами давно стали конфликты, скандалы, демарши, взаимные уколы. Они превратились в традиционные, привычные и неизбежные спутники процесса интеграции. Регулярные переругивания и оскорбления друг друга стали настолько обыденными, что без них уже невозможно представить “братскую дружбу” между двумя государствами и их лидерами. И Россия, и Беларусь ни с одной другой страной мира не имеют столько конфликтов и скандалов, как с ближайшим союзником. По количеству дискриминационных мер, торговых барьеров в отношении товаров из страны-союзницы они опережают все другие государства мира. В Беларуси условия для инвестиций из России хуже, чем в любом другом государстве постсоветского пространства, включая страны Балтии.

За многие годы бесконечной интеграции, пылких объяснений в горячей братской любви накопился такой конфликтный потенциал, что его может хватить на долгое время. Атмосфера отношений настолько наэлектризована, что очаги взаимной неприязни вспыхивают от малейшей искры. Парадоксально, что интеграционный процесс, который по самой своей сути призван объединять народы и государства, в нашем случае оказался яблоком раздора, мощным фактором раскола. Конфликтогенность заложена в самой матрице отношений. Противостояние Москвы и Минска в рамках такого союза — явление не случайное, а закономерное. Поэтому конфликт запрограммирован на весь период, пока будет продолжаться белорусско-российская интеграция. Страны просто обречены на скандалы и ссоры.

Получается, что белорусско-российская интеграция — это такая большая игра взрослых людей. Переговоры лидеров двух стран идут по модели сделки на восточном базаре. Продавец и покупатель бесконечно торгуются, входят в азарт, не могут разойтись, боятся прогадать, но упорно соблюдают принятый ритуал.

Мелкость повода для нынешней газовой войны говорит о том, что это Москва решила провести демонстративно-показательную порку союзника, осуществленную в достаточно унизительной форме. Чтобы понять, что вывело из себя российское руководство, почему там лопнуло терпение, нужно обратить внимание вот на что.

С 2009 года наблюдается новое качество конфликта в белорусско-российских отношениях. Если в 1990-е годы президент Беларуси был главным интегратором на постсоветском пространстве, стремился превзойти Ельцина в роли собирателя земель распавшегося Советского Союза, уговаривал других лидеров стран СНГ объединяться вокруг России, упрекал их в национализме и едва ли не в предательстве, то теперь все происходит с точностью до наоборот. В последние два года Лукашенко оказался главным оппонентом, противником Москвы в ее претензиях на лидерство в постсоветском регионе.

Конфликт распространяется на военно-политическую сферу, чего раньше не было. Вопросы военного сотрудничества выставлены на кон, стали предметом публичного торга. В 2009 году во время “молочной войны” президент Беларуси пытался сорвать саммит ОДКБ, саботировал создание Коллективных сил оперативного реагирования этой организации. Более того, он, по существу, поставил под сомнение целесообразность участия Беларуси в ОДКБ.

Беларусь так и не признала независимость Южной Осетии и Абхазии. Едва скрытая ревность звучала в заявлении Лукашенко по поводу российско-украинского соглашения “флот в обмен на газ”, заключенного в Харькове. Позиция России в связи с событиями в Кыргызстане вызвала взрыв возмущения белорусского лидера, привела к предоставлению убежища свергнутому киргизскому президенту К. Бакиеву. Торпедирование Минском создания Таможенного союза грозит обернуться крахом этого амбициозного геополитического проекта Кремля.

Итак, главный союзник оказался главным противником. Политическая эволюция завершила свой круг. Не зря говорят, что нет хуже дьяволов, чем падшие ангелы.

Москву такая позиция президента Беларуси просто “достала”. Там лопнуло терпение, и российский дуумвират использовал первый попавшийся повод, чтобы наказать союзника.

Казалось бы, такое количество проблем, скандалов, противоречий и конфликтов должно было давно похоронить проект Союзного государства не только де-факто, но и де-юре. Однако обе стороны не могут совсем отказаться от этого странного проекта. И нести тяжело, и бросить жалко. Чемодан с оторванной ручкой был бы лучшим гербом Союзного государства.

Беларусь не может отказаться от этого проекта, так как созданная Лукашенко белорусская социальная модель и политический режим способны выжить только при условии поддержки со стороны России. Поэтому у него выбор весьма ограничен.

Что касается России, почему она так держится за Беларусь? Есть точка зрения, что причина лежит в транзитной зависимости, и как только РФ построит обходные газопроводы и нефтепроводы, ситуация поменяется, Москва прекратит субсидии своему союзнику, и вся модель белорусско-российских отношений станет другой.

На наш взгляд, это не совсем так. Важность для России пусть формального, но существования Союзного государства с Беларусью лежат скорее в иррациональной, политико-психологической сфере, чем в объективных потребностях РФ. Это можно назвать великодержавным комплексом. “Потеря” Беларуси станет национальной травмой для общества и правящего класса России.

Но, с другой стороны, прошедшая газовая война показала, что российское руководство созрело для более жесткого разговора с Беларусью. Судя по тем ценам, которые предлагает “Газпром” для нас на следующий год, процесс сокращения субсидий нашей стране будет продолжаться.

А это означает, что Беларуси надо учиться жить без российских дотаций. Но для этого надо менять белорусскую социальную модель. В нынешнем виде она нежизнеспособна. Жить на иностранных кредитах долго нельзя. Необходимо реформирование, реструктуризация экономики. А для этого нужна смена стратегии развития страны, нужны новые люди в руководстве, возможно, новая политическая система. Способно ли нынешнее руководство на

Поделиться: