В такой ситуации все средства борьбы с коррупцией хороши. Но все ли из них эффективны?
Свобода в обмен на деньги

Бывшую управделами президента Галину Журавкову обвиняли в хищениях в особо крупных размерах. В 2005 году суд приговорил ее к 4 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Однако Журавкова была помилована в обмен на погашение нанесенного ущерба. С этого началась практика предоставления “вольницы” за деньги.

С одной стороны, представители прокуратуры не раз заявляли, что возмещение ущерба должно проводиться еще в момент оперативно-розыскных мероприятий. Потому что позже все имущество отписывается родственникам, на денежные средства концов не найдешь. То есть предложение обменять деньги на свободу пополнит, конечно, казну. Но насколько такая мера помогает бороться с коррупцией?

Представьте себя на месте коррупционера. Как он рассуждает? Вот возьму немного… а потом еще немного… и еще побольше возьму… А что? Если даже поймают, отдам эти деньги – и дело с концом (или концы в воду). Вот если бы ему пришлось не только всю сумму возместить (кстати, не факт, что вся сумма будет фигурировать в деле), но еще и пеню заплатить за каждый день пользования государственными средствами. По большинству исков в судах даже за пользование небольшими суммами чужих средств начисляется немалая пеня. Но коррупционеры почему-то обходятся без нее. И пока получается, что не пойман – не вор, пойман, но отдал деньги – и тоже уже вроде не вор.

Прогулки в СИЗО

Одним из самых популистских методов работы с чиновниками можно назвать экскурсии в СИЗО. Предложение стращать “государевых мужей” условиями содержания подследственных (мол, вот попадете сюда – смотрите, что с вами будет) внес генпрокурор Григорий Василевич. И оно было подхвачено самими же чиновниками. И правда, почему бы вместо работы не сходить на экскурсию? Да еще и галочку поставить в плане профилактических антикоррупционных мероприятий. Василевич отметил, что на эти экскурсии следует водить “руководителей ведомств, наиболее подверженных коррупционным рискам”.

Первыми, кто отправился в СИЗО с целью профилактики, были промышленники. Хотя по видам экономической деятельности наибольшее количество коррупционных преступлений в 2009 году зарегистрировано в торговле – 482. В промышленности было 427 таких случаев, государственном управлении – 421, сельском хозяйстве – 338, строительстве – 279, образовании – 200.

Публичные раскаяния

Еще одним предложением генпрокурора стали публичные раскаяния тех, кого уже поймали за руку. “Таким образом можно психологически воздействовать на потенциальных коррупционеров”, – считает Григорий Василевич. То есть о душе уже пойманных заботиться не стоит, а вот потенциальных вполне можем напугать. Однако, как известно, каждый человек считает, что именно с ним ничего плохого не случится. А уж для тех, чья работа заключается в ежедневных выступлениях на публике и общении с гражданами, публичное покаяние сродни очередной речи на собрании. Разве их этим можно напугать? Отдал деньги, покаялся – и вышел на свободу. Вот такое “наказание”.

Кодекс поведения

Участники прошедшего 2 апреля в Минске общепограничного собрания представителей подразделений пограничного контроля приняли Кодекс поведения против коррупции. В кодексе есть пункты о том, как надо действовать, если кто-то из сослуживцев подозревается в коррупции, когда информировать своего начальника. Также есть наставления и потенциальному коррупционеру: его призывают освободиться “от постоянного страха перед разоблачением”, признаться по собственному желанию способствовать полному раскрытию преступления. Правда, ничего не говорится о том, как будут поступать с нарушителями данного кодекса.

Детектор лжи для чиновников

По стопам матушки России мы идем и в плане проверки чиновников на детекторе лжи – там предложено проверять на полиграфе всех чиновников.

Генпрокурор Григорий Василевич рассказал в программе “Выбор+: “Мы в некоторые министерства внесли уже соответствующее предложение. Министерство строительства и архитектуры откликнулось и предложило соответствующие кандидатуры, чтобы они прошли проверку на полиграфе”.

Сейчас на полиграфе проверить можно человека только с его согласия, однако Григорий Василевич предлагает сделать эту меру обязательной для чиновников. Например, при заключении или продлении с ними контракта.

И хотя достоверность исследований на детекторе лжи сегодня приближается к 95-97%, результаты не буду являться абсолютным доказательством, а станут рассматриваться в качестве повода для проведения дополнительной проверки.

Справка OPEN.BY

Больше всего преступлений коррупционной направленности в 2009 году выявлено в исполнительных органах власти и подчиненных им структурных подразделениях Минска (56 преступлений, или +107,4%), Брестской области (79, или +88%), Могилевской области (100, или +25%).

Людмила Лялина

Поделиться ссылкой: