Наука – это по существу форма любопытства, хотя и в соответствии с требованиями, чтобы это любопытство отвечало определенным критериям и приводило к новому знанию. Технология же разрабатывается, чтобы управлять природой, сделать ее подвластной человеческим потребностям и желаниям.

Открытие Кеплера о планетных орбитах, которые являются эллиптическими, а не круглыми, или дискуссии о том, является ли Плутон планетой или спутником – это, безусловно, наука. И на первый взгляд для всех нас она имеет малое практическое значение, если имеет вообще. Но несправедливо было бы утверждать, что она не нужна вовсе. Она имеет практическое значение для тех, кто выводит спутники на орбиту, либо посылает космические аппараты исследовать атмосферу Марса или Юпитера.

Технологии, даже в очень сложных формах, могут существовать в обществе, где в современном западном смысле никакой науки нет. Самый знаменитый случай Китай. Там придуманы такие вещи как тачка, арбалет, бумажный змей, чугунное литьё, висячие мосты на железных цепях, осевой руль, магнитный компас, фарфор, оттиск с гравюры, винт, порох. Китай разработал также насос для жидкостей, систему для подачи воды, водяную мельницу, вращающуюся лопасть винта и веялку, механизм поршня, мельницу на вагонетке, оборудование для ручной обработки шелка, гидроэнергетические текстильные заводы и многое другое.

Таким образом, наука направлена на получение, обоснование и проверку знания, то есть это исследования, целью которых является получение истины. Целью технологии является применение имеющегося знания для решения практических задач. Цель науки – истина, цель прикладного исследования – польза. 

Человек всегда стремился узнать, как устроен мир. Он пытался узнать, каким образом действительно устроен мир, а не так, как его изображала религиозная традиция. То, что для религиозного сознания было «мироточащей иконой», которую надо было целовать, для ученого превращалось в смолу, выделяемую при температурных перепадах. То, что для схоластической традиции было целебным источником, потому что рядом на пне сутками напролет на одной ноге стоял преподобный Серафим Саровский, для ученого становилось лишь благотворным действием минералов в родниковой воде.

Но исследования, которые стимулировались естественной человеческой любознательностью, к концу двадцатого века существенно уменьшились. 

Таким образом, наше время характеризуется тем, что именно прагматическая полезность научного знания стала определяющим мотивом его получения: не любознательность, не стремление к истине, а прикладная ценность. Изменение природных объектов и процессов в нужном для человека направлении – цель технологических разработок.

Именно поэтому в странах бывшего Советского Союза практически везде стали терять свое значение Академии Наук, превратившиеся лишь в крупных арендодателей помещений для коммерческих структур.

Американский ученый в области философии техники Э. Лейтон описывает в своем исследовании проект «Прицел». Перед участниками этого проекта была поставлена задача проанализировать, насколько оправданными являются затраты на фундаментальные исследования в разработке новейших видов вооружения. Работа длилась 8 лет, в течение которых 13 групп ученых и инженеров проанализировали около 700 технологических инноваций в системе производства вооружений. Результаты исследований поразили и потрясли общественность. Оказалось, что 91 процент инноваций имели в качестве своего источника не науку, а предшествующую технологию. И лишь 0,3 процента из них можно было отнести к сфере фундаментальной науки.

Исследования в областях, не являющиеся столь наукоемкими как разработка новейших видов оружия, показали еще меньшую роль науки в технологическом развитии.

Таким образом, был сделан вывод о том, что не наука является источником технологии. Таким источником выступает предшествующая технология

Поделиться ссылкой: