—  Как один из работников фирмы «Красико», которой руководит мой муж, должна сказать, что жестких претензий денежного характера к Анатолию нет. Скорее, наоборот. Мы недавно завершили строительство шестиэтажного офиса на улице Московской. Практически сразу же нашлось много желающих его арендовать и купить. То есть на горизонте показались совершенно реальные «живые» деньги. Причем немаленькие… И тут Анатолий исчезает. Более чем нелогично.

—  Ваш супруг —  друг Гончара. Без преувеличения, врага президента номер один. Были ли «доброжелатели», советовавшие вам отговорить мужа от такой дружбы?

— Да, были. Одна из моих подруг, после того как я съездила на улицу Окрестина выразить моральную поддержку находившемуся тогда в тюрьме Гончару, сказала: «Как это ты не боишься»?.

Ну чего я должна бояться в своей стране? Почему предприниматель не может дружить с человеком, чья политическая ориентация не совпадает с президентской? Тем более Толя с Гончаром познакомились очень давно. Еще до 1994 года.

— Но ведь и вы, и ваш муж понимали, что в нашей стране выражать даже моральную поддержку главному оппозиционеру довольно опасно.

— Анатолий не относится к разряду людей, предающих своих друзей. И, в конце концов, даже в теперешние времена нельзя же быть сволочью!

—  Теперешние времена очень располагают к эмиграции из страны. В вашей семье такие мысли не возникали?

— Никогда. Даже теоретически. Там мы своими не станем, как бы ни старались. Да, голова у меня и у мужа на месте, и мы уверены, что смогли бы и за границей заработать себе на кусок хлеба. Может, и для детей было бы лучше уехать из Беларуси. Но тут у нас друзья, свое дело. Да и почему мы должны уезжать на чужбину? Мы же исправно платили и платим налоги. Занимаемся нужными для государства проектами. Например, как раз сейчас Анатолий выиграл конкурс на инвестиционный проект. И должен был вести переговоры с потенциальными инвесторами, готовыми через Анатолия вкладывать деньги в Беларусь.

Мой муж вообще разносторонний человек. Кандидат философских наук. Автор книги о морально-нравственном климате в семье. Одно время он издавал 12 журналов. «Я + Я» выходил миллиоными тиражами.

У Красовского была своя финансовая компания. Мы занимались и занимаемся поставками зерна, виноматериалов, других продуктов.

— Может, у вас есть какой-нибудь влиятельный покровитель?

— Все, что у нас есть, Анатолий заработал своим трудом. Он начинал с нуля. Помню, как у него не нашлось пяти рублей, чтобы заплатить за регистрацию нашего брака. Ездил в Сибирь на шабашки. Заработал на кооперативное жилье. На достойную для своей семьи жизнь.

Но должна сказать, что какие-то материальные блага для меня и моего мужа не имеют никакой ценности. Помню, как он попал в эту абсурдную ситуацию с кредитом банку «Поиск» и просидел семь дней в изоляторе временного содержания. Я ему тогда сказала: ?Даже если у тебя все отберут, я все равно с тобой останусь?. Кстати, день его задержания совпал с днем солнечного затмения.

— Теперь, судя по всему, пришло время всеобщего затмения. Как реагировали друзья, соседи, знакомые на теперешнюю вашу беду?

Звонков поддержки было больше, чем я могла предположить. Все возмущались, предлагали помощь. Деньги, продукты, машину напрокат и др. Советовали, что нужно делать. Иногда бестолково, но зато искренне.

— На теперешний «Розум», можно ли было как-то предотвратить эту дикость?

— Тот, кто играет по правилам, всегда проигрывает тем, кто играет без правил. У мужа никогда не было охраны. Да и вряд ли она могла что-то сделать в ТОЙ ситуации.

Александр КОКТЫШ, «Свободные новости»

24.09.99 г.

Поделиться ссылкой: