bulletгалоўнае онлайн:

Друкаванае выданне - №17 (3962)

Друкаваць decreaseincreaseПамер шрыфта

Университет – унылое место…

13 сакавiка 2015 г.
Хотя официальные лица верхних эшелонов власти и любят похвалиться уровнем образования в нашей стране, у меня, представительницы молодого поколения, несколько иное мнение. Если не кривить душой, то нужно прямо сказать: по многим позициям белорусское образование находится в катастрофическом состоянии. И никто так не страдает от этого, как те, кого оно призвано «превратить» в полноценных членов общества.

Что для студента главное? За четыре или пять лет получить полноценные знания в той или иной области, беспроблемно влиться в гражданское общество, с тем чтобы в дальнейшем не быть винтиком в общечеловеческом сообществе, а являться личностью с активной политической, культурной, социальной позицией. Формирование такой личности возможно прежде всего при хорошей педагогической базе. Но откуда ей быть, если, я считаю, у нас сильно отстает от требований времени подготовка этих самых педагогических кадров? С другой стороны, можно ли надеяться на высококвалифицированную базу, если в последние десятилетия резко упал престиж преподавательской работы? И упал прежде всего потому, что те же педкадры содержатся на полуголодном пайке. Зарплата многих из приближена к уровню заработка уборщиц в офисах коммерческих компаний. Плюс бюрократизация, неэффективность устаревших структур на всех образовательных этапах: от детских садов до высших учебных заведений. О проблеме последних я, как представитель студенчества, считаю нужным сказать отдельно.

Высшее образование в Беларуси – что это? Хотелось бы думать, что это важнейшее звено, формирующее социопрофессиональный состав общества, обуславливающее ситуацию на рынке труда и интеллектуальную состоятельность населения страны. По факту это звено представляет собой лишь разросшуюся систему вузов и высокий процент студентов среди трудоспособного населения. А она, эта система, порождает проблемы совсем другого порядка. К примеру, неспособность властей обеспечить тех же молодых специалистов с высшим образованием достойными рабочими местами. Для той же системы главное – залатать бюджетные дыры деньгами студентов-платников и студентов-иностранцев, поступающих в белорусские университеты.

Низкий уровень обучения в общеобразовательных школах усугубляется посредственным уровнем высшего образования, и как итог – на сомнительную подготовку выпускников белорусских вузов нередко жалуются работодатели. Налицо порочный круг безалаберности и всебщего наплевательства.

Несколько слов об экономической стороне вопроса. С одной стороны, дороговизна обучения (а стоимость высшего образования для средних белорусских зарплат высока) повышает значимость наличия диплома о высшем образовании. «Корочка» становится своего рода атрибутом, указывающим на социальный статус молодого человека. С другой стороны, что касается непосредственно знаний, то они студентами рассматриваются как не слишком важный содержательный компонент. И не только студентами, если быть честными. Не раз и не два в аудиториях приходилось слышать о бесполезности многих теоретических лекций и необходимости как можно раньше начать карьерно-бюрократическую гонку, наплевав на громоздкие концепции, далекие от товарно-денежных реалий. Следствие этого – отчуждение от глубоких знаний, от творческого импульса, от научного поиска.

Достаточно странно в социально ориентированном государстве, коим, по уверениям официальной пропаганды, является Республика Беларусь, звучат заявления высоких лиц о том, что стране сегодня в первую очередь нужны рабочие, а не люди с высшим образованием. Такое отношение власть имущих подчеркивает утилитарный характер образования в целом, его тотальную экономическую обусловленность. А потому нет ничего странного в том, что многие студенты рассматривают плагиат и «заказные» работы как нечто естественное, а университет или институт – как место, по определению унылое и малопривлекательное, как плацдарм для академической дрессировки, с одной стороны, и для демонстрации социального статуса – с другой. Фактически большинство студентов открыто говорят, что не видят карьерных перспектив по окончании вуза. Во многом это позиция безвольного слушателя, считающего, что будущее рабочее место он оплатил, а инициатива и живой интерес к своей профессиональной сфере с высшим образованием имеют мало общего. Но такое отношение воспитывается в первую очередь образовательной системой и информационной средой, которые ранжируют высшие учебные заведения по устаревшему принципу бюрократической «престижности», а не по качеству преподавания.

Некоторые белорусские философы, такие как П.Барковский, утверждают (и я не могу с ними не согласиться), что университета как такового в Беларуси нет: никакой автономии не предоставлено, вузы контролируются государством, студенческое сообщество находится в плену идеологических догм, жестко опекается различными государственными структурами.

Между тем отчуждение в студенческой среде – тема не новая. В ХХ веке об этом писал Э.Фромм. Мыслитель видел проблему в бессмысленном накоплении знаний, как правило, до первого экзамена. По мнению Э.Фромма, подобный тип образовательной активности чреват так называемой «интеллектуальной импотенцией», в первую очередь из-за того, что студент будет воспроизводить только то, что ему удалось вызубрить, не демонстрируя способности творчески мыслить и генерировать новое, даже на основе уже выученного материала. Причина – отсутствие интереса и сопутствующее этому отсутствие понимания. Именно такую ситуацию можно констатировать  в сфере высшего образования в Беларуси.

Безусловно, многое зависит от преподавателя, от его способности раскрыть материал, указать студенту на актуальность этого материала и подтолкнуть к необходимости самообразования и саморазвития. Но не стоит забывать, что будущее поколение учителей и преподавателей растет, впитывая все мыслимые огрехи образовательной системы, застрявшей в конфликте между необходимостью наполнить смыслом практику и сделать актуальной теорию, очистить программы от второстепенного и привить интерес к необходимому.

И реальность такова, что «грешком» преподавательского состава становится откровенное равнодушие к образовательному процессу и профессиональная безалаберность. Преподаватели стремятся как можно быстрее отчитать свой лекционный курс, поменьше углубляться в спорные моменты, которые могут вызвать неудобную дискуссию или «неформатный» диалог со студентами. В итоге учебный процесс становится невнятным формализированным болотом, рассортировывающим кадры в первую очередь по году выпуска и набору условных академических рефлексов, а не по уровню приобретенных и усвоенных знаний и уж тем более не по реальным способностям в профессиональной сфере.

На мой взгляд, сегодня в Беларуси образование невыносимо скучное, неоправданно дорогое и чаще всего социально бесполезное. Что нас ожидает дальше? Не в последнюю очередь этот вопрос предстоит решить непосредственно белорусским студентам. Безусловно, призывать к созданию университетской автономии, студенческих профсоюзов с максимально четкими программами и активной деятельностью в нашем, образно говоря, уголке колхозно-компрадорского капитализма рано. Но я склонна считать, что именно студенты должны быть готовы взять на себя такую ответственность, перестать рассчитывать на ситуативное «реформаторство» и не просто просиживать оплаченные государству годы, а ориентировать себя на «бытие в мире знаний». Подобный акцент не нов, но грустное состояние сферы образования заставляет обращаться к данной схеме снова и снова.

Эмилия КРАВЧЕНКО, студентка Белорусского государственного университета.


ОТ РЕДАКЦИИ

Не часто «Народная Воля» получает письма от студентов. А потому позиция третьекурсницы БГУ заставила редакцию о многом задуматься. Что и говорить, в системе высшего образования кроется немало проблем. И замалчивать их нельзя. Рады будем, если на страницах газеты развернется широкий читательский разговор о самых разных сторонах жизни высших учебных заведений, о том, что мешает им выполнять главную миссию – готовить для страны высококвалифицированные кадры с активной гражданской позицией.

Письмо студентки мы показали бывшему проректору Белорусского государственного университета Анатолию Васильевичу ПАВЛОВУ, и он высказал свой взгляд на проблемы, затронутые в корреспонденции третьекурсницы.


Права студентка:
образовательная система больна

Хорошо известно выражение, что первая ласточка весны не делает. Добавим: она весну предвещает. В этом ракурсе следует, по-моему, рассматривать и письмо в «Народную Волю» студентки Белгосуниверситета, которая открыто высказала свою неудовлетворенность уровнем образовательных услуг в нашей стране.

Легко представить, какое давление начнется на эту думающую, переживающую за страну девушку, если узнают ее настоящую фамилию. Сколько найдется подхалимствующих элементов, которые взахлеб будут доказывать ее неправоту. Зададим этим «заинтересованным» простой вопрос: а почему дети многих высоких белорусских чиновников, в том числе и от образования, сегодня обучаются за границей? Ответ прост. Потому, что права студентка: образовательная система Беларуси больна и уже давно, и болезнь постоянно прогрессирует, так как государство не делает необходимых решительных шагов по ее оздоровлению.

Возглавив в 2000 году Минский горком профсоюза работников образования и науки, я оказался в центре проблем образования от дошкольных учреждений до высшей школы. Уже тогда мне приходилось выслушивать жалобы руководителей средних школ о постоянном снижении уровня подготовки молодых специалистов, приходящих на работу, а ректоры университетов и институтов жаловалась на постоянное снижение уровня подготовки выпускников средних школ. Таким образом, круг замыкался.

С той поры прошло 15 лет, в течение которых положение дел в системе образования постоянно ухудшалось. Главная причина – хроническое недофинансирование системы образования. Мне не раз приходилось об этом писать, в том числе и на страницах «Народной Воли». В этом корень большинства проблем белорусской образовательной системы. Отсюда и низкая зарплата педагогических работников, и падение их социального статуса, и катастрофическое снижение престижа преподавательского труда, в том числе и старшего педагогического корпуса, и, как отмечает студентка, равнодушие педагогов к образовательному процессу, и профессиональная безалаберность. Кто бы что ни говорил, но формула «кадры решают все» абсолютна верна.

Не могу согласиться с автором письма, что у нас дорогое высшее образование. Да, с точки зрения средней зарплаты в стране и стоимости обучения в университете это, наверное, так, но смею заметить, что, согласно Конституции и Закону об образовании, оно у нас должно быть бесплатное, то есть высшее и среднее специальное образование каждый может получить на конкурсной основе. А то, что у нас сегодня около 70 процентов студентов обучаются на платной основе, – это проблема всех нас, граждан Беларуси, молчаливо позволяющих государству это делать.

Я хочу сказать о другой стороне стоимости высшего образования, то есть стоимости обучения одного студента в год. С этих позиций у нас очень дешевое образование. Например, в 2010 году бюджет Гарвардского университета США составил 3 миллиарда 725 миллионов долларов, или 191 тысячу долларов на одного студента в год (численность студентов составляла 19.500). В целом в США в 2006 году финансирование обучения одного студента в год составляло около 14 тысяч долларов. В Европе эти цифры немного ниже. Например, в Мадридском университете в 2010 году на одного студента приходилось около 9000 долларов США, но и это несравнимо больше нашего уровня. А чем больше имеет университет, тем больше у него возможностей привлечь лучшие в мире педагогические кадры, иметь самое современное научное оборудование, лучшую базу для обучения и так далее. Отсюда качество подготовки специалистов, научный прогресс, новые передовые технологии и т.п. и т.д. Специалиста с дипломом Гарвардского университета с удовольствием примут в любой точке мира, и он сможет быстро окупить все затраты на свое обучение.

Белорусская высшая школа сегодня практически изолирована от европейской и мировой образовательной системы. Это, на мой взгляд, является второй важнейшей причиной нынешнего положения дел в высшей школе. Несомненным прорывом в этом вопросе могло бы быть включение нашего высшего образования в Болонский процесс. На рубеже ХХI века эта работа в стране успешно осуществлялась в виде глубокого реформирования всей образовательной системы, которое проходило в течение нескольких лет. Результатом было то, что к 2003–2004 годам Белгосуниверситет одной ногой был уже участником Болонского процесса, что давало высшей школе возможность приобщиться к общеевропейской образовательной системе, базирующейся на таких фундаментальных принципах, как:

– установление образовательной системы, базирующейся на двух главных циклах образований – среднем и высшем;

– выработка общей европейской системы кредитов для повышения широкой студенческой мобильности;

– осуществление политики, направленной на преодоление препятствий в мобильности студентов, преподавателей, исследователей и административного персонала;

– повышение европейской кооперации по гарантированию качества высшего образования путем развития общих критериев и методологии высшего образования;

– развитие общеевропейских требований в высшем образовании, в частности через развитие учебных планов, межинститутской кооперации, схем мобильности и интегрирования программ обучения, тренинга и научной работы.

Если говорить простым языком, то у белорусской высшей школы открывались прекрасные перспективы обмена преподавателями и студентами с ведущими европейскими университетами, использования их научной базы, научных библиотек и так далее. Как результат – мы могли иметь повышение качества подготовки молодых специалистов, прорыв в технологическом интеллектуальном производстве в стране. Ведь экс-министр образования В.Мацкевич абсолютно прав в своем негодовании по поводу позиции государства в отношении физического и умственного труда. В XXI веке, веке технологий, во главе угла все же стоит интеллект, а не черновая физическая работа. За примером далеко ходить не надо: по свежей информации, капитализация компании Б.Гейтса составила более 710 миллиардов долларов США. А это не нефтяная, не газовая, а чисто интеллектуальная компания. Теперь сравните эти цифры с бюджетом нашей страны.

Третий кит, на котором базируется современная система образования, в том числе высшего, ведущих мировых экономик, – это академические свободы. Университеты сами занимаются учебными планами, программами, формированием обучающих курсов и т.д. Государство не может им это жестко диктовать. Как частный пример вспоминается посещение Бохумского университета в Германии. Согласно учебным планам, нагрузка профессоров распределялась только на четыре дня в неделю. Три остальных дня предоставлялись профессорам на их полное усмотрение. Но все, с кем приходилось общаться, отвечали, что в эти дни они заняты работой в библиотеках, поскольку отставание от мирового научного прогресса могло привести к тому, что студенты перестанут консультироваться у такого профессора, что в последующем создаст для него проблемы с трудоустройством. Все до гениальности просто. И, наверное, у этой профессуры глаза горят, когда они работают со студентами.

В одном материале невозможно обсудить все накопившиеся проблемы белорусской системы образования в целом, и высшей школы в частности. В этом плане, мне думается, «Народная Воля» могла бы взять на себя роль «круглого стола», предоставляя свои страницы и свой сайт для всех заинтересованных. Такое обсуждение должно носить постоянный характер с целью выработки четких предложений по выводу нашей образовательной системы из нынешнего, прямо скажем, плачевного состояния.

А студентку, написавшую статью «Университет – унылое место…», хочется поблагодарить за ее мужество, неравнодушие, целостность характера и пожелать успехов в жизни и учебе.

Анатолий ПАВЛОВ,
экс-проректор Белорусского государственного университета, кандидат химических наук.


Тэмы:
Друкаваць decreaseincreaseПамер шрыфта
Share |

АРХІЎ ГАЗЕТЫ

NV logo

ШУКАЦЬ У АРХІВЕ З ДАПАМОГАЙ КАЛЕНДАРА

ПАРТНЁРЫ

Падпiска

Падпісацца на "Народную волю" можна ў любым паштовым аддзяленні.